Люди, люди! (интервью В. Добронравова и Л. Максаковой)

Дата публикации: 1 января 2016

Автор: Татьяна Филиппова

Издание: Театральная афиша

Главный герой трагедии «Царь Эдип» – фиванский царь, обреченный богами на страшную участь: его родителям оракул предсказал, что их сын убьет отца и женится на матери. Чтобы избежать предсказанного, родители отдают приказ убить мальчика, но он остается жив, вырастает и совершает то, что ему было предназначено.  «Царь Эдип» в постановке Римаса Туминаса соразмерен великой трагедии Софокла по тому впечатлению, которое он производит на зрителей. Одна из ключевых тем спектакля – напоминание о том, что в любую минуту наша жизнь может перемениться, и надо иметь мудрость принять случившееся.

– Что вы ощутили, когда Римас Туминас объявил, что вы будете играть фиванского царя Эдипа, персонажа одного из самых известных древнегреческих мифов?

– Я долго не мог избавиться от внутреннего вопроса: как это возможно? Когда актер читает сценарий фильма, в котором ему предстоит сниматься, или пьесу, в которой он будет играть на сцене, он уже пытается представить себе, как это будет выглядеть. Я перечитал трагедию Софокла, вообще не понимая, как ее можно поставить. Римасу я так и сказал: «Как вы это будете делать? Это невозможно. Пьеса была написана две тысячи лет назад. В XXI веке такой текст и такое сложное, нединамичное развитие сюжета не будет восприниматься».

– Что он вам ответил?

– Улыбнулся. Если Римас начинает делать спектакль, он знает, как его сделать.

– Сюжет этой античной трагедии разворачивается по законам детективного жанра. Фактически это расследование, которое проводит главный герой, до тех пор пока не обнаруживает, что преступник – он сам. А для темы судьбы режиссер и художник нашли потрясающий образ – каток, который движется по сцене, наваливается на главных героев и, кажется, вот-вот их расплющит.

– Это отличительная черта спектаклей Римаса: выбирается какой-то главный символ, можно даже сказать – в лоб, мы его не обыгрываем, но он проникает в мозг, как 25-й кадр. Когда-то у нас был спектакль «Троил и Крессида» и над сценой висел огромный таран на цепочке, весь зрительный зал сидел и думал: когда же это все на нас рухнет? Это было как раз в тот момент, когда грохнул кризис, – 2008 год. Так и здесь.

– Ваш Эдип борется до последнего, не хочет верить, что ему не удалось обмануть судьбу. Вы его судите или оправдываете? Виновен ли он в том, что совершил?

– Я считаю, что он не виноват. В начале спектакля мы видим его практически антигероем, человеком, который в попытке бежать от рока возомнил, что перехитрил богов и стал им равным. Но в том, что случилось, он не виноват. Его родители первыми начали спорить с богами и пытались избежать предначертанного, с них все началось. Он был младенцем, когда они пытались от него избавиться. Мы во время репетиций размышляли, что было бы, если бы он рос в любящей благополучной семье, если бы его отец и мать не совершили все те поступки, которые привели его к развязке трех дорог. Но ни к чему не пришли.

– Вы считаете, что нужно спорить с судьбой или покорно следовать ее предначертаниям?

– Лучше все-таки не плыть по течению, подняв лапки, а пытаться грести против течения. И может быть, взглянув на количество твоих попыток, боги скажут: «Ну если так, давайте перепишем его судьбу, что ли». Был такой голливудский фильм «Меняющие реальность», с Мэтом Дэймоном и Эмили Блант. В этом фильме за мировым порядком следит некое бюро, которое предопределяет судьбы всех людей. Но вот два человека, мужчина и женщина,  встретились, полюбили друг друга и нарушили схему. Их преследуют агенты этого бюро, чтобы разъединить, они убегают, пытаясь спасти свою любовь. В итоге их судьбу переписывают – и они остаются вместе.

Мне кажется, в этом смысл жизни. Люди теряют все, что у них есть: исчезают миллионы, сгорают квартиры, увольняют с работы, и для кого-то это крах, а для кого-то – начало. И кто знает, что суждено человеку после такого удара судьбы – стать бомжом, спиться, замерзнуть около метро или начать что-то новое, уехать в другой город, встретить свою женщину?

– И продолжить жить ослепшим, как Эдип?

– Почему нет? Я, кстати, подростком частенько размышлял о таких вещах. А вот что будет, если я, допустим, попаду в ДТП и мне оторвет ногу. Я думал, что, наверное, тогда стану первым на свете одноногим артистом. И ничего мне не помешает стать наконец профессиональным саксофонистом. Бегать я уже не смогу, зато смогу сидеть и долго играть на саксофоне. Понимаете, такие были мысли. Если Бог закрывает перед тобой дверь, он распахивает окно.

– У вас очень хорошая семья, все поддерживают друг друга. Откуда возникает тот ужас, который звучит в голосе Эдипа, когда он узнает, что родители хотели, чтобы он умер младенцем, а сам он стал убийцей своего отца?

– Я из благополучной семьи. Действительно, у нас все всегда было замечательно и с папой, и с мамой, и я стараюсь нести семейные ценности и дальше, своим детям. Но страхи, сомнения, фобии есть у каждого человека. И вот на этот страх – не дай бог, что-то подобное случится – приходится опираться в роли, а не на что-то свое личное.

– Есть ли в роли царя Эдипа то, что вам до сих пор не дается?

– Не знаю, это сложный вопрос. На данном этапе я сделал все, о чем меня просил режиссер. Но мне кажется, что я только начал погружаться в глубину смыслов. Пока идут слои почвы, до нефти еще очень далеко. Но царь Эдип – это роль на вырост. Вот сколько буду играть, столько и буду двигаться дальше.

– Всегда считалось, что главный герой трагедии «Царь Эдип» – фиванский царь, обреченный богами на страшную участь. Римас Туминас считает, что главный герой этой истории – не Эдип, а Иокаста, его мать, сильная женщина, которая наказывает себя за открывшиеся грехи смертной казнью.

– Другого финала быть не могло, потому что Иокаста много лет назад отдала собственного сына на смерть по требованию мужа, боявшегося, что мальчик вырастет и убьет его, как предсказал оракул. «Младенцу от рожденья в третий день отец связал лодыжки и велел на недоступную скалу забросить», – сказано в пьесе. Откуда такая жестокость? «Злых боялись предсказаний», – объясняет пастух, которому было поручено исполнить это приказание. А как жить с больной совестью? Я думаю, что Иокаста просто помешалась, когда ей пришлось отдать свое дитя на смерть. Она – человек, окаменевший от горя, который много лет несет в себе этот ужас.

Это тема сегодняшняя, она существует и в наши дни. Все спорят о том, нужны ли беби-боксы – специальные приемники для младенцев, от которых матери хотят отказаться. Отменять их или не отменять? Помогать матерям, которые не хотят или не могут воспитывать своего ребенка, избавиться от него или нет? Матери так или иначе избавляются от нежеланных детей, причем самыми зверскими способами. И это не античное время, это сегодняшний день. Просто об этом никто не говорит и не пишет. Как дальше сложится судьба этих девочек, которые умертвили своих детей, неизвестно. Будут ли они мучиться угрызениями совести, мы не знаем.

– Царица сохраняет присутствие духа до конца. Она первой понимает все и пытается удержать Эдипа от дальнейшего расследования, готова хранить страшную тайну и дальше, никого в нее не посвящая.

– Дело в том, что в ее отношении к Эдипу всегда присутствовали материнские чувства, хотя она и не знала, что это ее сын, которого она считала погибшим. Говорят же, что связь матери с ребенком никогда не прерывается. Пуповина, которую перерезают при родах, продолжает существовать, поэтому она хорошо понимает характер Эдипа, знает его горячность, раздражительность и подсознательно старается его уберечь.

– Что вы почувствовали, когда Римас Владимирович предложил вам эту роль?

– Что Иокаста пришла ко мне не случайно, ее вызвали силы судьбы. Мне пришлось пережить в жизни драматическую ситуацию, которая дала мне внутреннее право играть эту роль. Вы знаете, это ведь роли находят нас, а не наоборот.

– Кто-то из великих актрис прошлого вдохновлял вас, когда вы думали об этой роли?

– Меня вдохновляют режиссеры. Я считаю Туминаса выдающимся режиссером нашего времени. Никто так не смог выразить земную боль и земные страдания, как он это сделал в «Царе Эдипе». Римас – человек, который очень серьезно подходит к жизни. Он не просто ставит какой-то спектакль, а выносит к зрителю итог своих самых сокровенных и глубоких раздумий.

Но вы знаете, в этом спектакле, несмотря на все внутреннее напряжение, существовать легко. Там очень много подспорья – и режиссерского, и музыкального, и художественного.

– Что происходит с вашей царицей в тот момент, когда тайна, которую она хранила, раскрывается?

– Меняются ее отношения с сущностью чудовища, называемого судьбой. Я очень люблю одну притчу. Бедный человек обращается к Богу и говорит: «Господи, какой же я бедный! Моя жена совершенно отчаялась от такой жизни. Мои дети – мне не на что их учить. Мы на грани голода. Мы просто погибаем. Господи, помоги!» И Господь говорит: «Так будет не всегда». Совершается поворот в судьбе бедняка. Его семья становится богатой, жена ходит в каких-то неимоверных нарядах, дети учатся у лучших педагогов. Он радуется: «Господи, спасибо тебе! Ты так изменил мою жизнь!» И Господь ему говорит: «Так будет не всегда».

– Если каждый из нас не хозяин своей судьбы, можно ли говорить о свободе воли человека? Насколько человек свободен?

– На свете счастья нет, а есть покой и воля. Воля – в смысле сила воли. А свобода человека – в самоограничении.